Домовой - Светловодск
» » Судья КСУ в отставке Виктор Шишкин: Президент ведет себя как трус

Судья КСУ в отставке Виктор Шишкин: Президент ведет себя как трус

Автор: admin
Судья КСУ в отставке Виктор Шишкин: Президент ведет себя как трус«В изменениях в Конституцию больше заинтересованы не украинцы, а Порошенко с Путиным, Меркель и Олландом».

В данный момент в Украине условия военного положения, а при таких обстоятельствах вносить изменения в Конституцию нельзя. Изменить Конституцию Украины — это замысел Путина, которым он хочет внести деструктив в правовую и государственную систему Украины. И это задание он реализовывает через Порошенко.

Своим откровенным взглядом на ситуацию в Украине и политику, проводимую Президентом, в эксклюзивном интервью с изданием «МИР» поделился кандидат юридических наук, доцент, Заслуженный юрист Украины, судья Конституционного Суда Украины в отставке Виктор Шишкин.

Несмотря на то, что Петр Порошенко отставку судьи принял, Виктор Шишкин все еще находится в своем кабинете в здании Конституционного Суда. И о его уходе с должности можно догадаться разве что по опустевшим полкам в шкафах и аккуратно рассортированным стопкам бумаг.

Судья должен обладать менталитетом, ориентированным на европейские ценности, а не на исполнение заданий, поступающих с Банковой

— Виктор Иванович, на Ваш взгляд, сейчас в Украине происходит анонсированное властью реформирование судебной системы?

— Нет, не происходит. Реформируя систему, нужно знать, что именно мы реформируем.

У меня есть много замечаний к нашему Уголовному процессуальному кодексу. Я был одним из тех, кто принимал участие в подготовке этого закона в 2006-2007 гг., и нынешний вариант УПК меня, как судью, не устраивает.

В УПК есть что менять. Но это все, что нужно менять в рамках того, что называют судебной реформой.

Потому что судебная реформа в Украине уже давно состоялась, завершившись введением в 2005 году административных судов. В данный момент реформы в судебной системе означают лишь подбор судей и прохождение ими соответствующего обучения.
Судья должен обладать менталитетом, ориентированным на европейские ценности, а не на исполнение заданий, поступающих с Банковой.

Мировых аналогов люстрации судебной власти, которые можно было бы позаимствовать, не существует

— Почему процесс очистки судебной системы происходит такими медленными темпами и не приносит конкретных результатов?

— Несмотря на то, что к нам поступало обращение народных депутатов касательно анализа Закона Украины «Об очищении власти» на конституционность, руки у КСУ до этого так и не дошли. Те, кто замыслил люстрацию, не продумали, как они будут ее проводить, что они вообще подразумевают под понятием «люстрация» и каков должен быть ее конечный результат.

Да, была антинацистская люстрация в Германии, антифашистская — в Италии, антикоммунистическая — в странах Восточной Европы и Прибалтики. Везде люстрация осуществляется по-разному и при разных обстоятельствах.

Нам нужно решить, кого люстрировать и как люстрировать.

Нам нельзя всех судей грести под одну гребенку и считать их плохими только за то, что их назначили при Януковиче.
Конечно, судья, к которому на заседание в час ночи привезли майдановца с простреленной головой, и он штампует санкции, чтобы отправить его в Лукьяновку, должен быть люстрирован. Но повторю, должен быть персонализированный подход.

Те, кто писал закон о люстрации, или же политики, которые его принимали, они-то как раз, возможно, и не хотели иметь четко выписанную процедуру люстрации.

Да, я — за жесткую люстрацию. Но она должна быть законной и не должна быть половинчатой.

А у нас выходит замкнутый круг, в котором в своих должностях остаются все те, кто был обвинен в уничтожении Майдана.

Если судья США получает годовой доход в размере 230 тысяч долл., а дом он себе покупает за 2 млн долл., обязательно рассмотрят вопрос, за какие деньги он его приобрел

— А как быть с теми судьями, которые приезжают на работу на VIP-автомобилях, не то что не скрывая, а, наоборот, выставляя их на всеобщее обозрение?

— Сначала следует задать вопрос, откуда у судьи появился этот дорогой автомобиль. Может, он в спортлото выиграл — тогда ладно, вопросов нет. Но лично я был судьей Конституционного Суда девять лет и получал очень высокую зарплату, но при этом не мог позволить себе купить дорогой автомобиль. У меня как было «Жигули — «шестерка» 1991 года выпуска, так и осталось.

Вот, к примеру, в Америке есть Федеральный суд претензий США, в котором американский народ может выразить все свои претензии ко всем политикам и судьям в том числе.

Кроме того, в американском законодательстве есть положение, которое звучит как «разумное подозрение вне моральности», согласно которому, если судья США получает годовой доход в размере 230 тысяч долл., а дом он себе покупает за 2 млн долл., обязательно рассмотрят вопрос, за какие деньги он его приобрел. В том случае, если он не докажет, что сделал такую покупку за законно полученные средства, его уволят с должности судьи.

«Люстраторы» в Украине утверждают, что кто-то обязательно должен доказать вину таких судей. В США — все наоборот. Там чиновник, на которого упала тень подозрения, должен доказать, что он — ангел.

Кстати, в украинском Кодексе административного судопроизводства есть статья 72, согласно которой на субъекта властных полномочий возлагается бремя доказывания своей невиновности. Вот в этом как раз и заложен американский подход «разумного подозрения вне моральности».

— Президент уволил Вас с должности судьи Конституционного Суда за полмесяца до окончания Ваших полномочий. В чем причина такой поспешности?

— Никаких объяснений, кроме формальных, я не услышал. По поводу истинных причин моего увольнения нужно спрашивать у Президента и у его аппарата.

Лично я допускаю две причины: либо это разгильдяйство чиновников, либо — злой умысел Президента.

Кучма не смог меня уволить, Янукович не смог, а вот Порошенко — смог

— Еще при Януковиче, будучи судьей КСУ, Вы озвучили свое отдельное мнение касательно тогдашних изменений в Конституцию, которые существенно расширяли президентские полномочия. Тем не менее, тогда Вас не уволили. А сегодня Президент Петр Порошенко подписал соответствующий указ и, как Вы утверждаете, сделал это в нарушение Конституции. Сами собой напрашиваются соответствующие параллели...

— Да, читал я подобные комментарии: Кучма не смог меня уволить, Янукович не смог, а вот Порошенко — смог.

Сейчас много людей, которые очень активно обсуждают мое отдельное мнение, в котором утверждается, что в Украине есть все условия для введения военного положения. Наверное, Президенту Порошенко это не понравилось.

Более того. Я убежден, что в изменении Конституции больше заинтересованы не мы, украинцы, а Президент Порошенко вместе с Путиным, а также, возможно, с Меркель и Олландом. Я, например, не вижу никакой необходимости менять Конституцию именно сейчас.

Я ничего против усовершенствования Основного закона, особенно в части местного самоуправления, не имею. Но в данный момент в Украине условия военного положения, а при таких обстоятельствах вносить изменения в Конституцию нельзя.

Изменить Конституцию Украины — это замысел Путина, которым он хочет внести деструктив в правовую и государственную систему Украины. И это задание он реализовывает через Порошенко.

Я бы сказал Путину: выведите с Украины свои войска, заберите своих коллаборантов — и тогда мы с радостью будем менять свою Конституцию.

Положение в проекте закона «О внесении изменений в Конституцию Украины (в части децентрализации власти)» об особенностях осуществления местного самоуправления в отдельных районах восточной Украины — вообще катастрофа. Мы не должны говорить ни о каком особом статусе, тем более в Конституции. Основной закон — это вечный документ.
— Но с трибуны парламента Президент заявил, что в законопроекте «особый статус» Донбасса не закреплен...

— Сказать можно все что угодно. Но есть слова, а есть реальность. От того, что Президент не ввел военное положение, у нас что, нет войны? Посмотрите: все с экранов телевизоров говорят о войне. Есть множество законов, в которых применяются такие термины, как: «война», «военная агрессия», «нескрываемая агрессия», «вооруженная агрессия» и т. д. Это я писал? Нет, это писали депутаты, Президент, Кабинет Министров. А как же Министерство обороны, которое обещает вознаграждения военнослужащим за уничтожение танков, «градов»? Неужели это все — не условия военного положения?

— Почему же тогда 288 народных избранников не разделяют Вашей позиции и поддерживают изменения в Конституцию именно сейчас?

— Это вопрос к депутатам. Или у них с мозгами плохо, или они приспособленцы.
В Украине нужно ввести военное положение

— Вы говорите, что условия военного положения в Украине есть. Значит, по Вашему, нам нужно ввести в стране военное положение?

— Конечно, в Украине нужно ввести военное положение.

Во-первых, без введения военного положения у нас в стране нет серьезной мобилизации ресурсов.

Во-вторых, введение военного положения необходимо для осуществления централизованного командования. Президент, должно быть, прячется за чужими спинами и не хочет брать на себя ответственность как Верховный Главнокомандующий. Ведь введение военного положения подразумевает то, что Верховный Главнокомандующий должен создать отдельный орган, вою ставку, и взять таким образом себе в подотчетность все соответствующие структуры: СБУ, МВД, Министерство обороны и все добровольческие батальоны, которые первыми защитили Украину своей грудью и которые он сейчас разгоняет руками Авакова.
Но Президент ведет себя как трус...

Не вводя военное положение, Президент подставил украинских солдат. Потому что они должны исполнять приказы. И если нет в стране военного положения, то на каком основании они стреляют из артиллерии и танков? Потому что завтра сменится политическая власть. И тогда им предъявят такие же обвинения, какие предъявляли тем, кто расстреливал людей на Майдане. И на скамье подсудимых будут сидеть не те, кто отдавал преступные приказы, а те, кто их выполнял. Потому что есть ст. 60 Конституции Украины, которая говорит о том, что преступные приказы не выполняются.

Таким образом, своим поведением Президент не гарантирует неприкосновенность и снятие ответственности с наших бойцов, которые сегодня гибнут на войне.

Если в стране, фактически, военное положение, то ни о каких выборах не может быть и речи.
Если в стране, фактически, военное положение, то ни о каких выборах не может быть и речи

— Верховная Рада поддержала проведение местных выборов на подконтрольных Украине территориях Донбасса. Вы поддерживаете такое решение?

— Если в стране, фактически, военное положение, то ни о каких выборах не может быть и речи. Вводится военно-административное управление, тоталитарно-принудительно. И это правильно. В условиях военного положения по-другому быть не может. Это не игрушки.

Да, будет приостановлена реализация некоторых конституционных прав граждан. Но Верховная Рада итак уже заявила о вынужденном в условиях российской агрессии отступлении от обязательств, предусмотренных в Конвенции о защите прав человека и основных свобод, и приняла соответствующее постановление.

При нормальных условиях в стране за такое постановление Украину «выкинули» бы из Совета Европы. Но не «выкинули» же. И правильно, потому что у нас условия войны.

Если же в Украине нет военного положения, значит у нас мир и благоденствие? Можно это утверждать?

Если нет, это еще раз доказывает тот факт, что в стране идет война, а мы, как страусы, засовываем головы в песок.
— Виктор Иванович, отходя от темы войны и возвращаясь к Вашей не совсем красивой отставке. Вам сейчас комфортно находиться в стенах Конституционного Суда?

— Я все еще нахожусь здесь в связи с определенными обязанностями. Во-первых, мне нужно передать все судебные дела, и их должны принять. Во-вторых, я должен вывезти все свое имущество. Видите пустые шкафы? Они все были забиты книгами. Я сейчас провожу ревизию всего, что тут есть. Я должен все рассортировать: что — в макулатуру, что — завезти домой. Нужно оформить обходной лист, пенсионный...
Мне нужно снять со стен все мои картины, на которых изображены великие деятели нашей страны — те, с кем я советуюсь. И это явно не Президент. Это люди, которых я уважаю, которых уже нет в живых, которые отдали за Украину свою жизнь.

Как видите, у меня еще море дел, на которые нужно определенное время.

— Но Вы все равно не уйдете из своего кабинета, пока не будет разрешен вопрос с Вашей отставкой?

— В том, что Президент издаст законный указ, я сильно сомневаюсь. Но уйду я и без этого указа, как только завершу все свои дела.

Конечно, я буду скучать, потому что тут прошли девять лет моей жизни... Кроме того, все давно забыли, что я имею непосредственное отношение к созданию Конституционного Суда Украины. Так как я был народным депутатом трех созывов, мы вносили изменения в советскую Конституцию. Таким образом, положение о создании Конституционного Суда у нас было закреплено не в 1996 году, а еще 24 ноября 1990 года в ст. 112 Конституции УССР.

Поэтому грустно оставлять Конституционный Суд. Он — мое родное детище.

— А как коллеги отнеслись к Вашему увольнению?

— С возмущением. А мои помощники приняли решение уйти вместе со мной.

— Какие Ваши дальнейшие планы?

— Варианты есть разные. Хочу наконец-то отдохнуть от всего: от политиков, от судей, может, и от журналистов. Теперь я уже свободный человек, и у меня есть крылья, которые все это время были связаны. Может, кто-то пригласит меня в политический проект...

Еще у меня есть тяга к волонтерству. До этого я помогал, подпольно, конечно, некоторым нашим подразделениям на восточном фронте. Может, поеду к ним. Если раньше, будучи судьей Конституционного Суда, я этого сделать не мог, то сейчас с радостью могу принять их приглашение и поехать.

— Спасибо за Ваши ответы!

Справка

Виктор Шишкин: кандидат юридических наук, доцент, Заслуженный юрист Украины, судья Конституционного Суда в отставке, народный депутат Украины I, II, III cозывов, в 1991–1993 гг. — Генеральный прокурор Украины.

Анна Качайло, опубликовано на сайте МИР
585     
Уважаемый посетитель, Вы зашли на сайт как незарегистрированный пользователь. Мы рекомендуем Вам зарегистрироваться либо зайти на сайт под своим именем.

Информация

Комментировать статьи на сайте возможно только в течении 17 дней со дня публикации.
Айхерб